Диалоги с Природой: Притчи в объективе
© Торгачкин Игорь Петрович
✻
Синее Зеркало Времени
Красотка блестящая (Calopteryx splendens)
— Подойди-ка ближе, Игорь, — дедушка поправил очки и кликнул мышкой по папке с надписью «Архив 2006». — Хочу показать тебе одно сокровище. Оно не из золота, но блестит похлеще любого карата.
На экране монитора открылся снимок: на тонкой сухой ветке замерло невероятное существо. Его тело отливало глубоким синим металлом, а на крыльях, будто специально расписанные искусным художником, темнели широкие, словно бархатные, полосы.
— Это Красотка блестящая, — тихо сказал дедушка. Он всегда говорил об этом с особой интонацией, словно представляя старого друга. — Я сделал этот кадр задолго до твоего рождения, в Новороссийске. Видишь подпись внизу на рамке? «Торгачкин Игорь Петрович». Тебя ведь в честь меня назвали, так что считай, это наше общее наследие.
Маленький Игорь завороженно смотрел на экран. Он привык, что дедушка показывает ему свой огромный цифровой фотоархив и всегда подробно объясняет каждое фото.
— Она выглядит как ювелирное украшение, деда. А почему она сидит так спокойно? — спросил мальчик, дотрагиваясь пальцем до монитора, словно боясь спугнуть насекомое.
— В том-то и секрет, — дедушка улыбнулся, и его глаза за стеклами очков заблестели. — Чтобы сделать этот кадр, мне пришлось просидеть в камышах у ручья, что на Южных прудах, почти два часа. Красотки — существа капризные. Они, знаешь ли, как зеркало воды. Живут только там, где вода чистая-чистая, как слеза. Если река загрязняется, они улетают первыми. Они как живые датчики здоровья нашей природы.
Дедушка увеличил масштаб фото, и стали видны тончайшие прожилки на крыльях.
— Посмотри внимательно. Это Calopteryx splendens. Calopteryx с греческого — «красивое крыло». У самцов, как у этого красавца, посередине прозрачного крыла проходит широкая темно-синяя полоса. А самочки скромнее, золотисто-зеленые, с прозрачными крылышками. Но главное не только в цвете.
Он откинулся на спинку старого кресла, и комната наполнилась тишиной, нарушаемой лишь тихим гулом системного блока.
— Знаешь, Игорь, чему научила меня эта стрекоза? Терпению и вниманию. В нашем цифровом мире все спешат: нажал кнопку — получил результат. А природа требует тишины. Красотка ведь не носится над водой стрелой, как часто это делают другие стрекозы. Она порхает легко и неспешно, словно бабочка. Если бежать мимо берега сломя голову, ты увидишь просто синюю вспышку, мелькнет и все. Но если остановиться и замереть, стать частью этого берега, она сядет рядом, откроет крылья и покажет тебе свою красоту. И ты увидишь не просто хищника, который поедает комаров и мошек, спасая нас от гнуса, а настоящее совершенство.
Он повернулся к внуку и серьезно добавил:
— И ещё одно. Этот файл лежит в моём архиве двадцать лет. Цифровой мир позволил нам сохранить это мгновение, заморозить его. Но только от нас зависит, останется ли эта красота в реальности, а не только на картинке. Чистая вода в реке важнее, чем любой самый четкий снимок. Если река умрет, умрут и они. И тогда внукам твоим останутся только такие картинки.
Игорь посмотрел на свои ладони, потом на фото своего тезки-деда, поймавшего время двадцать лет назад, и твердо сказал:
— Когда мы пойдем на речку, я буду смотреть под ноги, на воду и по сторонам. Я хочу увидеть её по-настоящему. Живую. Чтобы она порхала, как бабочка.
— Обязательно увидим, — ответил дедушка, закрывая архив. Экран погас, но отражение синих крыльев, казалось, еще минуту светилось в глубине монитора. — Главное — научиться замечать чудеса в каждом мгновении жизни. А стрекоза… она просто зеркало. Если вода чистая — в ней отражается небо. А если душа чистая — в ней отражается такая красота.
✻
Собрание фотоисторий
© Торгачкин Игорь Петрович
✻
Добро пожаловать!
Вас приветствует
Автор фотоархива
✻