Диалоги с Природой / Dialogues with Nature

Фотоархив Торгачкин Игорь Петрович

© Igor Torgachkin Photo Archive

* * *

Автопортрет 

Любитель Природы, 

Торгачкин Игорь Петрович

Маркотхский хребет, 12 мая 2009

Северо-Западные отроги Кавказа.

Новороссийская (Цемесская) бухта. 

Черноморское побережье Кавказа. 

Краснодарский край, Россия.

* * *

Диалоги с Природой: Притчи в объективе

Я называю себя просто — любитель Природы с фотоаппаратом в руках. Для меня фотография — это больше чем снимок, это разговор. С морем, горами, лесами и полями. И особенно — с их обитателями: от крошечной стрекозы и яркой бабочки до птиц и лягушек. С каждым я веду свой безмолвный, «ментальный» диалог.

Сейчас, живя в большом городе, я реже могу бывать наедине с Природой. Поэтому я решил открыть свой богатый фотоархив. То, что было бесконечно дорого мне, возможно, отзовется и в ваших сердцах.

Постепенно я буду публиковать здесь фотографии, дополненные историями и притчами. Приглашаю вас заглянуть в этот мир, увидеть Природу моими глазами и прочесть наши «диалоги».

Буду рад, если эта скромная выставка подарит вам минуты созерцания и мысли.

Заходите, смотрите и читайте по ссылке ниже: 

Диалоги с Природой: Притчи в объективе

* * *

Добро пожаловать! 

Вас приветствует 

Автор фотоархива 

Торгачкин 

Игорь Петрович 

© Igor Torgachkin 

* * *

Счастье Есть. Бабочка и Лягушка / Parable of Happy Butterfly and Hungry Frog

 Фотоархив Торгачкин Игорь Петрович 

© Igor Torgachkin Photo Archive

* * * 

Счастье Есть! 

Бабочка и Лягушка

Окрестности озера Абрау

Село Абрау-Дюрсо, 22 мая 2009

Черноморское побережье Кавказа.

Краснодарский край, Россия.

* * *

Притча о двух видах счастья

Всё лето она была лишь чёрной мохнатой гусеницей — неуклюжим созданием, чьё бытие сводилось к бесконечному поглощению листьев. Там, где она проползала, оставались голые стебли, и жизнь угасала под тяжестью её аппетита.

Но пришла пора, и случилось превращение. Сбросив ветхую оболочку, из кокона явилась на свет ярко-оранжевая бабочка. Теперь она не пожирала, а лишь касалась лепестков, вкушая сладкий нектар. Мир открылся ей бескрайним, вольным и прекрасным.

Сердце бабочки переполнял восторг. Порхая от бутона к бутону, она восклицала в упоении:

— Счастье есть!

Цветы молчаливо клонились под ветром, но бабочка видела в этом поклоне знак согласия. Тогда она обратилась к самому Ветру:

— Счастье есть! — прокричала она в небесную синь.

Но Ветер хранил молчание. Он был занят важным: гнал тяжёлые тучи к иссохшему лугу. Мощным порывом он невольно пригнал бабочку к самой земле, опустив её в пыль у старой лужи.

Там, в иссохшей грязи, сидела старая лягушка. Она томилась от зноя и ждала — ждала первой капли дождя как спасения. Ослеплённая собственной радостью, бабочка не почувствовала опасности. Она опустилась на скользкую морду лягушки и в последнем экстазе провозгласила:

— Счастье есть!

В то же мгновение мелькнул липкий язык. Лягушка проглотила блистательное насекомое, ощутила долгожданный прилив сил и, дождавшись наконец прохлады, громко квакнула на весь оживающий луг:

— Счастье... ЕСТЬ.

Мораль сей притчи такова:

Счастье двояко. Для одной души оно — возвышенный полёт и восторг бытия. Для другой — простое утоление голода, суровая необходимость, чтобы есть и жить. Высшее откровение для одного становится пищей для другого.

Блаженство слепо. Тот, кто парит в эйфории, забывает, что мир стоит не на одних лепестках. Пока одни воспевают красоту, другие просто ищут, чем бы наполнить утробу. И порой тот, кто кричит о счастье, сам становится для кого-то обедом.

Таким образом, игра слов «есть» раскрывает главный закон: счастье — не абсолютная истина, а вопрос перспективы и выживания. Дух питается созерцанием, плоть — веществом. И в этом вечном круговороте наша правда всегда может стать чьим-то пропитанием.

* * *

Добро пожаловать! 

Вас приветствует 

Автор ФотоБлога 

Торгачкин 

Игорь Петрович 

© Igor Torgachkin 

* * *

Три точки зрения / Parable of the Frogs

Фотоархив Торгачкин Игорь Петрович

© Igor Torgachkin Photo Archive

* * *

Три точки зрения

Притча о Лягушках

Окрестности озера Абрау

Село Абрау-Дюрсо, 20 мая 2009

Черноморское побережье Кавказа.

Краснодарский край, Россия.

* * *

Три точки зрения

Притча о том, как на одном зелёном 

листе умещаются три разные правды.

На огромном листе лопуха, словно на парадном постаменте, замерла монументальная старая Лягушка. На её спине, важно выпрямившись, восседал крошечный Лягушонок. Со стороны это выглядело как памятник великому полководцу, покорившему зелёный океан сада.

— Видишь, бабушка? — прошептал Лягушонок, вглядываясь в заросли. — Я заставил само время остановиться! Весь мир замер, чтобы я мог сосчитать все капли росы. Я — центр мироздания!

Старая Лягушка, чьё брюхо плотно прилипло к прохладному лопуху, лишь тяжело вздохнула. Она-то знала, что они недвижимы не из-за величия внука, а потому что её суставы сегодня чертовски ломило к дождю.

В этот миг из-за куста малины показалось огромное чёрное «око» объектива. Это был Фотограф. Он затаил дыхание, присел на корточки и начал ловить идеальный ракурс, считая эту встречу двух амфибий редкой удачей и высшим проявлением природной гармонии.

— О, небеса! — пискнул Лягушонок, заметив блик на линзе. — На нас смотрит само Солнце! Оно спустилось, чтобы запечатлеть мой триумф! Посмотри, как оно блестит, ослеплённое моей красотой!

Старая Лягушка покосилась на гигантское двуногое существо, которое по́тело в кустах и отмахивалось от комаров, стараясь не хрустнуть веткой.

— Это не солнце, малец, — проквакала она хрипло. — Это просто ещё один чудак, который думает, что управляет моментом.

Раздался щелчок затвора. Фотограф, сияя от счастья, взглянул на экран камеры:

— Гениально! — прошептал он. — Какая глубина! Какая преемственность поколений! Старость поддерживает юность на пути к познанию мира...

Иронический финал:

Фотограф ушёл, гордый своим «открытием». Лягушонок остался на спине, гордый своей «божественностью». А старая Лягушка, дождавшись, пока все зрители разойдутся, наконец спихнула внука в траву и проворчала:

— Слезай уже, «центр мироздания». Ты мне все почки отсидел, пока позировал этому папарацци. И запомни: если тебя снимают, это ещё не значит, что ты — звезда. Скорее всего, ты просто удачно сидишь на чьей-то больной спине.

✻

Фотограф ищет гармонию, 

лягушонок — славу, 

а старая лягушка просто ждёт, 

когда у неё перестанет болеть спина.

Всякая правда — лишь точка зрения.

* * *

Добро пожаловать!

Вас приветствует

Автор фотоархива

Торгачкин

Игорь Петрович

© Igor Torgachkin

* * *

Лягушка и Гранитный камушек / Frog and Granite Stone

Фотоархив Торгачкин Игорь Петрович

© Igor Torgachkin Photo Archive

* * *

Лягушка и Гранитный камушек

Маркотхский хребет, 17 мая 2009

Северо-Западные отроги Кавказа.

Новороссийская (Цемесская) бухта. 

Черноморское побережье Кавказа. 

Краснодарский край, Россия.

* * *

Притча о Гранитном Камне и Крыльях Мечты

В глубоком овраге, где вековая сырость пропитала каждый комок земли, жила-была Зелёная Лягушка. Её мир был малым и безопасным: изумрудный мох, тень папоротников, тихие лужи. Она была частью этой топи — такой же влажной, незаметной и холодной. Её зелень сливалась с ряской, делая её невидимой для цапель и хищных птиц. Так было всегда.

Но однажды на самом краю оврага, где кончалась тень и начинался свет, появился Гранитный Камушек. Никто не знал, как он сюда попал. Возможно, его принёс с горных вершин весенний поток; возможно, чья-то детская рука метнула его в ручей, но он не долетел. Он был иным — розово-серым, испещрённым сверкающими жилками, будто тонкие вены кварца. И в нём будто спала память о поднебесных высях, о ветрах и солнце, что ласкают вершины.

Лягушке он сразу понравился. Не за красоту, а за тепло. С первыми лучами солнца она покидала свою прохладную тину и спешила к нему. Каждое утро она прижималась к нему лапками. Нагревшись на солнце, гранит щедро отдавал ей своё тепло. И в эти минуты в овраге происходило чудо: забывая о вечном холоде, лягушка закрывала глаза. В её мыслях она переставала быть жительницей болот. Она становилась великой птицей, парящей над облаками. Гранит под ней был не камнем, а самой высокой вершиной мира, с которой видна далёкая, тёплая страна, где нет сырости, а есть только свет и простор. Эта радость согревала её изнутри сильнее любого солнца. Ей больше не хотелось сливаться с мягким, податливым мхом.

Шли дни, месяцы. Природа, видя верность сердца, начала брать своё. Чтобы соответствовать тому, что она так искренне любила, тело лягушки стало меняться. Яркая, спасительная зелень начала тускнеть. Кожа огрубела, стала прочной и сухой. На ней проступили бурые, серые и розоватые пятна, в точности повторяющие узор гранитного скола. Она стала похожа на оживший осколок скалы.

Обитатели оврага шептались, качая головами: «Смотрите! Она потеряла свой дар невидимости. Стала чужой, заметной. Зачем ей этот мёртвый камень, если вокруг столько живой, сочной и безопасной травы? Она погубит себя!»

Но лягушка почти не слышала их. Она знала одну истину: лучше быть видимой и чувствовать тепло чужого солнца, чем быть в безопасности, но навеки остаться частью холодного, безликого мха.

Однажды, в полдень, когда солнце залило овраг ослепительным светом, лягушка, как всегда, замерла на своём камне. Она вжалась в него, слившись с его формой и цветом в единое, неразделимое целое. Её сердце билось в такт с тишиной камня — той тишиной, что полна памяти о ветрах и времени.

И тут, пронзая небо, пролетел сокол. Его острый взгляд скользнул по оврагу, выискивая добычу. Он увидел гранитный выступ на солнце и… не заметил её. Для хищника она стала частью вечного камня — выступом породы, не достойным внимания.

В этот миг лягушка поняла всё. Она не просто изменила цвет. Она обрела стойкость камня, его невозмутимость и тихую силу, сохранив внутри живое, горячее сердце. Она так и не улетела в тёплые страны на крыльях мечты. Но она сделала больше — она принесла суть тех стран в свой овраг. Она стала горой в долине, светом в тени, вечностью в мгновении. Просто отказавшись быть невидимой.

И дух оврага прошептал ветру: «Истинная любовь меняет не внешность, а самую душу. Мы становимся тем, чему отдаём своё сердце. И даже если весь мир вокруг кажется холодным и мшистым, одного тёплого камня и веры в полёт достаточно, чтобы изменить саму твою суть. Ибо сила — не в том, чтобы спрятаться, а в том, чтобы, оставаясь собой, обрести неуязвимость того, что ты любишь».

* * *

Добро пожаловать!

Вас приветствует

Автор фотоархива

Торгачкин

Игорь Петрович

© Igor Torgachkin

* * *

Красавица Лягушка, 15 мая 2009 / Beauty Frog

Фотоархив Торгачкин Игорь Петрович

© Igor Torgachkin Photo Archive

* * *

Красавица Лягушка 

Маркотхский хребет, 15 мая 2009

Северо-Западные отроги Кавказа.

Новороссийская (Цемесская) бухта. 

Черноморское побережье Кавказа. 

Краснодарский край, Россия.

* * *

Притча о Точке Зрения 

и Счастье Мироздания

Сидела Лягушка на берегу горного ручья и скучала. Весь её мир был привычным и тесным: скользкие мокрые камни, холодная вода да кочка, поросшая влажной травой.

— Не скучай, Лягушка, — сказал я ей. — Я подарю тебе Счастье Мироздания.

— Квак? — изумилась она, выпучив глаза.

— Вот так!

Я бережно взял её в ладони и поднял высоко над землёй, посадив на солнечный утёс, овеваемый горным ветерком.

— Как прекрасен этот мир! Посмотри же!

Лягушка замерла. Её золотисто-зелёная спинка заиграла на солнце. Впервые в жизни перед ней распахнулась Бесконечность. С высоты она увидела, как её родной ручей вьётся серебряной нитью, спеша к широкой реке. Увидела, как свет играет в кронах вековых сосен, и как далеко-далеко, за лесами и полями, небо целует землю на самом краю света.

В этот миг она поняла: мир — это не просто «мокро» или «сухо», «тесно» или «просторно». Он бесконечно разноцветен и велик. И она в нём — не случайная пылинка, а важная частица огромной, живой и прекрасной картины. Лягушка сделала глубокий-глубокий вдох, наполненный ароматом хвои и свободы, и тихо прошептала:

— Теперь я вижу. Счастье Мироздания — это не подарок. Это взгляд. Спасибо, что подарил мне новые глаза.

Мораль:

Самое ценное, что мы можем дать другому — это не вещь и даже не совет, а возможность увидеть привычный мир под новым углом. Иногда для этого нужно просто помочь ему подняться чуть выше привычной кочки.

* * *

Добро пожаловать!

Вас приветствует

Автор фотоархива

Торгачкин

Игорь Петрович

© Igor Torgachkin

* * *

Жизни моей течёт ручеёк

Фотоархив Торгачкин Игорь Петрович 

© Igor Torgachkin Photo Archive

* * *

Жизни моей течёт ручеёк.

Автопортрет у горного ручья, 

Торгачкин Игорь Петрович.

Маркотхский хребет, 20 апреля 2009

Северо-Западные отроги Кавказа.

Новороссийская (Цемесская) бухта. 

Черноморское побережье Кавказа. 

Краснодарский край, Россия.

* * *

Жизни моей течёт ручеёк... 

(Притча о невидимом страннике)

В те дни, когда весна только коснулась подножия гор, один фотограф отправился в чащу. Он надел камуфляж, желая стать тенью среди деревьев, раствориться в лесу и подсмотреть тайны природы, не спугнув их своим присутствием.

Долго шёл он на звон живой воды, пока не вышел к шумному горному ручью. Остановившись у хрустального потока, человек установил штатив и сделал снимок себя.

Взглянув на экран, он поразился: на фотографии не было его самого. Лишь пятнистый узор камуфляжа, повторявший игру света и тени, да суровые скалы, покрытые молодым изумрудным мхом. Он так старался стать невидимым, что почти перестал существовать.

Фотограф присел на камень у воды и тихо произнёс: «Жизни моей течёт ручеёк...»

И в этот миг его осенило. Ручей не носит масок — он звенит о камни, заявляя о себе целому миру. Древние горы не прячутся — они стоят незыблемо и честно, подставляя солнцу свои крутые бока. Лишь человек порой тратит годы, чтобы слиться с фоном, боясь быть узнанным... боясь быть настоящим.

* * *

Добро пожаловать! 

Вас приветствует 

Автор ФотоБлога 

Торгачкин 

Игорь Петрович 

© Igor Torgachkin 

* * *