Диалоги с Природой: Притчи в объективе
© Торгачкин Игорь Петрович
✻
Фото-Толкователь:
ВОЙНА И МИР
(или лебеди на воде на фоне
крейсера «Михаил Кутузов» в
феврале в Цемесской бухте Новороссийска)
ВОЙНА И МИР — фразеологизм. Означает вечное, глубокое философское противопоставление разрушительной военной мощи, стальной силы оружия и созидательного начала, безмятежного течения повседневной жизни, покоя, гармонии и хрупкой красоты живой природы.
Притча о белом
крыле и сером борте
Прохладные февральские дни принесли зимние облака в Цемесскую бухту Новороссийска, где у причалов морского вокзала развернулся величественный и поучительный сюжет. На зеркальной глади тёмной морской воды спокойно покачивалась стая зимующих птиц, среди которых выделялись белоснежные лебеди-шипуны. А прямо за ними, монументально возвышаясь над акваторией, застыл боевой корабль — крейсер «Михаил Кутузов» с бортовым номером 105. Грозные орудийные башни устремили свои длинные стволы в сторону хмурого неба, пока у самой кромки воды птицы неспешно искали пропитание.
— Гляди, Петрович, — грациозно изогнуло шею пышное белое Крыло, плавно покачиваясь на мелкой озёрной волне у причала, — в этой предгрозовой тишине наше неожиданное соседство со стальным исполином наглядно демонстрирует людям, как уживаются война и мир в одном кадре! Наша живая душа и чистота противопоставлены холодному металлу
Возвышающийся над пучиной массивный серый Борт, прочно удерживая тяжёлые артиллерийские башни, рассудительно отозвался в ответ:
— Смотри, Петрович, на этих хрупких обитателей зимней гавани. Рассуждает, будто смотреть на птиц и уверять, будто война и мир могут вечно соседствовать без надёжной защиты морских рубежей, можно исключительно за счёт красивого птичьего наряда, совершенно забывая про изначальные законы земной службы. Настоящий покой этой бухты держится на мощи нашей орудийной стали, бдительности дежурных смен и ежедневной готовности защищать родные берега вопреки любым капризам погоды.
Мораль
Поразительные контрасты, зафиксированные в картинах природы и портового пейзажа, заставляют задуматься о хрупкости окружающей жизни. Созерцая величие боевых кораблей и беззащитную красоту птиц на зимней стоянке, важно ценить созидательный человеческий труд, бережно относиться к дикой фауне городских набережных и стремиться к сохранению мира на родной земле.
© Фото-Толкователь, 2009. Любуйтесь неповторимым зимним сюжетом у причалов морского вокзала во время февральских прогулок по набережной Новороссийска, цените сочные контрасты белоснежных лебедей и стального боевого крейсера и всегда сохраняйте внутреннее солнце.
✻
Сталь и лебяжий пух: Затишье перед Борой
— Иди-ка сюда, Игорь, посмотри, что я в своих цифровых закромах нашел. — Дед негромко постучал пальцем по монитору. — Это февраль две тысячи девятого. Почти двадцать лет назад, а помню всё, как вчера.
На экране открылся снимок: тяжелое, свинцовое небо Новороссийска, стальная гладь Цемесской бухты и ослепительно белые пятна на воде.
— Я тогда только с ночной смены в порту возвращался, — начал дед, устраиваясь поудобнее в кресле. — Знаешь, внук, порт ночью — это одно железо, грохот кранов и мазутный запах. Выхожу на набережную, а город будто притаился. Чувствуешь по фото? Это затишье перед бурей. Глянь на Маркотхский хребет — там уже начали скапливаться белые «бороды» облаков. Значит, скоро ледяные потоки воздуха сорвутся вниз, в бухту. Надвигалась Бора.
Дед увеличил фотографию, и по его лицу пробежала тень воспоминания.
— Воздух уже стал колючим, скоро должен был задуть настоящий норд-ост. Природа будто замерла в ожидании удара. И в этом холодном безмолвии — они.
Прямо перед ними, у самого края кадра, по воде грациозно скользили лебеди.
— Лебеди-шипуны тогда на зимовку в нашу бухту целыми стаями прилетали. Я остановился, достал из сумки остатки тормозка — хлеб еще мягкий был, не успел застыть на морозе. Стал крошить им, а сам глаз не мог отвести. Знаешь, Игорь, в такие минуты время будто в узел завязывается.
Он обвел рукой контуры кораблей на заднем плане.
— Смотри внимательно. Вот он, наш красавец — крейсер «Михаил Кутузов». Бортовой сто пятый. Мощь, броня, стальная артиллерия в походном положении. А видишь там, чуть поодаль, у его кормы притаились два ракетных катера? Маленькие, «зубастые», хищные. Это — Война. Застывшая сталь, готовая к рывку.
Старик замолчал, вглядываясь в передний план снимка, где белые птицы вели себя так, будто никакой угрозы — ни стальной, ни природной — не существовало.
— А в метре от этой мощи — они. Хрупкие, живые, беззащитные. Лебеди, утки, лысухи. И вот стою я, крошки в руке, и кожей чувствую этот контраст. «Война и мир» в одном кадре. С одной стороны — пушки, способные полмира в труху стереть, а с другой — живая душа, которой только горсть зерна и нужна для счастья.
Дед посмотрел на внука, и в его глазах блеснул огонек.
— Я тогда так и замер с фотоаппаратом. Понял вдруг: вся эта железная мощь, все эти крейсеры и катера — они ведь только для того и нужны, чтобы вот эти птицы могли спокойно зимовать. Чтобы тишина в бухте не была тревожной, а оставалась мирной. Нажал на кнопку — и всё, запечатлел мгновение. Февраль, предчувствие норд-оста и великое хрупкое равновесие. Запомни этот кадр, Игорь. В нем — вся правда о том, как мир устроен.
✻
Авторский проект
✻ Первый выпуск (500 притч)
✻ Второй выпуск (500 притч)
✻ Третий выпуск (в работе)
✻