Фото-Толкователь: ДВА САПОГА ПАРА / Associative photo dictionary

 Диалоги с Природой: Притчи в объективе 

© Торгачкин Игорь Петрович

✻

Фото-Толкователь: ДВА САПОГА ПАРА

(или искусство симметричных дырок)

ДВА САПОГА ПАРА — фразеологизм. Разг. Ирон. О двух людях, очень похожих друг на друга по своим взглядам, привычкам или поступкам (обычно с негативным или ироничным подтекстом).

Притча о родстве подошв

В одном пыльном придорожном архиве жили-были Левый и Правый. Сказать, что они были разными, — значит нагло соврать. За годы службы на пересечённой местности они настолько пропитались общим опытом, пылью и морской солью, что даже шнурки у них начали завязываться в одинаковые узлы.

— Помнишь, как мы в 2017-м штурмовали тот скалистый берег? — скрипел Левый, демонстрируя глубокую трещину на боку.

— Ещё бы! — отзывался Правый. — Ты тогда застрял между известняками, а я тянул нас обоих, пока у хозяина пятка не задымилась.

Они были классическим примером союза, в котором один не может сделать шага, не подставив плечо (или стельку) другому. Если Левый хватал камешек внутрь, Правый тут же начинал натирать мозоль из солидарности. Если хозяин решал зайти в лужу, оба ныряли туда с одинаковым энтузиазмом, не споря, чья очередь промокать.

Прохожие кеды-новобранцы, сверкая девственно белой подошвой, иногда хихикали:

— Глядите, какие сморщенные деды лежат! Никакого лоска, одна сплошная биография!

На что Левый и Правый лишь снисходительно вздыхали. Они-то знали: мода проходит, а общее количество пройденных вёрст делает вас не просто обувью, а единым организмом. Они были настолько два сапога пара, что даже когда хозяин решил сменить их на новые кроссовки, они отказались расставаться и на фото Игоря Торгачкина замерли в вечном объятии, доказывая: настоящая дружба — это когда у вас даже дырки на носках симметричные.

Мораль:

Если вы нашли человека, который готов лезть с вами в ту же грязь и так же искренне при этом скрипеть, — держитесь за него крепче. В мире, где все меняют партнёров как перчатки, очень важно оставаться двумя сапогами парой.

© Фото-Толкователь, 2017. Остерегайтесь подделок и мнимой разношенности.

✻

Собрание фотоисторий

Диалоги с Природой: Притчи в объективе 

© Торгачкин Игорь Петрович

Канал в MAX

✻

Добро пожаловать!

Вас приветствует

Автор фотоархива

Торгачкин

Игорь Петрович

© Igor Torgachkin

✻

Фото-Толкователь: ВВЕРХ ТОРМАШКАМИ / Associative photo dictionary

 Диалоги с Природой: Притчи в объективе 

© Торгачкин Игорь Петрович

✻

Фото-Толкователь: ВВЕРХ ТОРМАШКАМИ

(или искусство видеть мир под правильным углом)

Вверх тормашками — это высшая форма геополитического и биологического оптимизма. Термин происходит от старинного «тормаса» (железные полосы на санях), что как бы намекает: если ваши подошвы внезапно оказались ближе к стратосфере, чем к грешной земле, значит, тормозить уже поздно — остаётся только наслаждаться полётом.

Притча о перевёрнутом горизонте

В одном приморском городе жили две девицы, которые свято верили: если долго смотреть на горизонт в обычном положении, можно увидеть только горизонт. А если взглянуть на него, запутавшись пятками в трикотажном гамаке, мир внезапно обретает пугающую, но манящую новизну.

— Гляди, Матрёна, — молвила одна, зависнув над галькой в позе «задумчивой летучей мыши», — корабль-то в небе плывёт, а облака в море утонули!

— Истинно так, — вторила ей вторая, чьи волосы живописно подметали пляж. — Наконец-то в этой жизни всё встало на свои места. Говорят, если перевернуть голову, все проблемы из неё просто вывалятся под действием гравитации. И дебет с кредитом не сходится, и курс валют не пугает, и бывшие кажутся маленькими и смешными точками на горизонте.

В это время мимо проходил старый боцман с того самого красного спасательного судна, что маячило на заднем плане. Посмотрел он на девиц, крякнул и покачал головой:

— Эх, барышни! У нас в порту всё через это самое место — то погрузка внеплановая, то краны барахлят, то зарплату задержат — вечно всё вверх тормашками. А вы, я гляжу, решили к нашей реальности заранее адаптироваться да довести эту производственную модель до эстетического совершенства?

Девицы лишь синхронно качнулись в такт морскому бризу. Им было не до логики. Когда твои пятки смотрят в небо, «тормашки» превращаются в антенны для связи с космосом. А то, что мир при этом выглядит как перевёрнутый аквариум с гигантской красной рыбой-кораблём, — так это проблемы мира, а не тех, кто умеет вовремя зависнуть.

Мораль:

Если жизнь упорно ставит вас вверх тормашками, не спешите унывать и не пытайтесь всё вернуть обратно. Просто представьте, что вы не «в беде», а «в йоге». В конце концов, в таком положении гораздо удобнее рассматривать дно, не замочив при этом репутации.

© Фото-Толкователь, 2019. Остерегайтесь подделок и правильных углов обзора.

✻

Собрание фотоисторий

Диалоги с Природой: Притчи в объективе 

© Торгачкин Игорь Петрович

Канал в MAX

✻

Добро пожаловать!

Вас приветствует

Автор фотоархива

Торгачкин

Игорь Петрович

© Igor Torgachkin

✻

Фото-Толкователь: БАЛАМУТ / Associative photo dictionary

Диалоги с Природой: Притчи в объективе 

© Торгачкин Игорь Петрович

✻

Фото-Толкователь: БАЛАМУТ

(или Искусство делать из прозрачного мутное)

БАЛАМУТ (сущ., м.р.) — человек, обладающий редким даром превращать кристальную ясность в высокохудожественную неразбериху. Природный миксер, работающий на энтузиазме и резиновой тяге.

Притча о мутных истинах

В одной очень тихой и подозрительно прозрачной заводи жил-был человек по имени Иннокентий. Но в округе его знали исключительно как Баламута.

У Иннокентия была странная особенность: он не выносил, когда всё понятно. Видя чистую воду, где каждая рыбка видна как на ладони, он чувствовал экзистенциальную пустоту. Поэтому Кеша надевал свои вейдерсы (штаны, в которых можно зайти в воду по самое «не хочу»), брал верную палку и шёл «творить».

— Слишком прозрачно! — ворчал он, поднимая со дна ил. — Где интрига? Где глубина? В такой воде истина слишком голая — ей нужно во что-то одеться!

Через пять минут активного баламученья заводь превращалась в густой латте, в котором не то что рыбу — собственного сапога не разглядишь. Местные рыбаки, теряя поплавки в этой кофейной гуще, ругались:

— Кеша, ну зачем?! Мы же ни черта не видим!

А Баламут лишь загадочно улыбался из центра своего персонального тумана:

— Вы ничего не понимаете. В чистой воде каждый дурак разглядит дно. А вы попробуйте найти в этой мути смысл жизни! Я создаю атмосферу!

Так он и стоял: в воде — по пояс, в иле — по уши, в творческом поиске — до заката. Пока однажды в пылу создания очередного шедевра не выронил в воду, им же самим взбаламученную, свою любимую кружку с надписью «Фото-Толкователь». Искал до ночи, но в созданной им «атмосфере» кружка предпочла остаться загадкой.

Мораль:

Можно сколько угодно мутить воду, создавая видимость глубокой философии и великой тайны. Но помни: в слишком мутной воде первым делом теряется твоя собственная кружка (или то, что было тебе дорого).

© Фото-Толкователь, 2013. Остерегайтесь подделок и слишком чистой воды.

✻

Собрание фотоисторий

Диалоги с Природой: Притчи в объективе 

© Торгачкин Игорь Петрович

Канал в MAX

✻

Добро пожаловать!

Вас приветствует

Автор фотоархива

Торгачкин

Игорь Петрович

© Igor Torgachkin

✻

Стальное рукопожатие / Tale Hyundai and Volvo Excavators

Диалоги с Природой: Притчи в объективе 

© Торгачкин Игорь Петрович

✻

Стальное рукопожатие: 

Как Хёндай и Вольво школу строили

Сказка про экскаваторы Хёндай (Hyundai) и Вольво (Volvo)

В одном большом карьере, где земля пахла сырой глиной, а туман по утрам укутывал холмы, работали два мощных экскаватора. Один был ярко-жёлтый, по имени Хёндай, а другой — статный, тёмно-серый, которого звали Вольво.

С самого утра в карьере вместо привычного гула моторов слышался только шумный спор.

— Посмотри на мой ковш! — рокотал Хёндай, размахивая длинной стрелой. — Я быстрый и ловкий, меня знают на всех стройках мира! Моё имя — символ прогресса!

— Ну и что? — басил в ответ Вольво, выпуская облачко дыма. — Зато я — это надёжность. Моя фирма знаменита на всю планету своей безопасностью и мощью. Я копну один раз — и целая гора исчезнет!

Они так увлеклись спором, кто из них знаменитей и сильнее, что совсем забыли о деле. Им нужно было вырыть большой котлован для фундамента новой школы. Но вместо того чтобы помогать друг другу, они только мешали.

Когда Хёндай пытался зачерпнуть землю справа, Вольво тут же подставлял свой ковш, стараясь показать, что справится лучше. В итоге они толкались бортами, лязгали металлом и рассыпали землю обратно. К обеду работа почти не сдвинулась с места, а экскаваторы только устали и перепачкались в грязи.

— Гляди, что мы наделали, — грустно вздохнул Хёндай, глядя на неровную яму. — Мы спорили о фирмах, а школа сама себя не построит.

— Да уж, — ответил Вольво, опустив стрелу. — Моя мощь бесполезна, если я трачу её на споры с тобой. Знаешь, а ведь твой ковш действительно очень быстрый.

— А твой — невероятно крепкий! — улыбнулся в ответ Хёндай.

Тогда машины решили: хватит соревноваться, пора дружить! Они заняли свои места: Хёндай встал справа, а Вольво — слева.

Теперь работа закипела по-настоящему. Хёндай ловко подцеплял мягкий грунт, а Вольво мощным ковшом выкорчёвывал тяжёлые камни. Они двигались синхронно, словно в красивом танце. В какой-то момент они даже подняли стрелы высоко в небо и скрестили их, будто давая друг другу «пять» железными ладонями-ковшами.

К вечеру, когда туман снова опустился на карьер, огромный котлован был готов — ровный и глубокий. Уставшие, но довольные друзья стояли бок о бок. Они поняли: неважно, чьё имя на борту написано крупнее. Когда два сильных мастера работают вместе, любая задача им по плечу.

Когда котлован был готов, на стройку привезли первые бетонные блоки и кирпичи. На следующее утро приехали строители и удивились: площадка была такой ровной, будто её выгладили гигантским утюгом.

— Ну что, напарник? — подмигнул Хёндай, поблёскивая на солнце свежевымытой кабиной. — Теперь начнётся самое интересное. Мы не просто роем ямы, мы закладываем основу!

— Точно, — прогудел Вольво, аккуратно поправляя гусеницей укатившийся камень. — Давай так: ты, как самый шустрый, будешь подавать мелкие паллеты с кирпичом рабочим на леса. А я возьму на себя тяжёлые бетонные перекрытия.

Работа закипела. Теперь они не просто стояли рядом, они понимали друг друга без слов. Когда рабочим нужно было поднять тяжёлую балку, экскаваторы подхватывали её с двух сторон своими ковшами — Хёндай справа, Вольво слева. Балка поднималась плавно и ровно, словно пёрышко.

Однажды вечером, когда строители уже ушли домой, друзья заметили, что в углу будущей школы остался небольшой зазор в фундаменте.

— Оставим так? — спросил было Хёндай, но тут же осёкся, поймав серьёзный взгляд Вольво.

— Мы же договорились: делаем на совесть, — напомнил серый великан.

Они вдвоём, почти шёпотом (чтобы не разбудить сторожа), аккуратно пододвинули последний блок на место. А потом, ради шутки, Хёндай своим тонким зубом на ковше нарисовал на сыром бетоне маленькое улыбающееся личико и две перекрещенные линии — их секретный знак дружбы.

Прошли годы. Школа открылась, и сотни детей бегали по её коридорам. Никто из них не знал, что здание стоит так крепко потому, что когда-то два огромных экскаватора решили перестать спорить и просто протянули друг другу ковши.

А Хёндай и Вольво до сих пор работают вместе на новых объектах. И если вы увидите в карьере две машины, которые стоят очень близко друг к другу и о чём-то тихо гудят моторами, — знайте, это они обсуждают свой следующий большой проект.

✻

Собрание фотоисторий

Диалоги с Природой: Притчи в объективе 

© Торгачкин Игорь Петрович

Канал в MAX

✻

Добро пожаловать!

Вас приветствует

Автор фотоархива

Торгачкин

Игорь Петрович

© Igor Torgachkin

✻

Лазурка и Рубиновое Сердце Сада / Winter's Tale

 Диалоги с Природой: Притчи в объективе 

© Торгачкин Игорь Петрович

✻

Лазурка и Рубиновое Сердце Сада

Зимняя сказка

В одном старом саду, где ветви деревьев ещё дремали под инеем, жила крошечная птичка — лазоревка по имени Лазурка. Она была похожа на оживший кусочек весеннего неба: в ярко-голубой шапочке и лимонно-жёлтой жилетке весело порхала между серыми стволами, стараясь согреть сад своей песенкой.
Утро выдалось морозным, и Лазурка очень проголодалась. Она искала хоть одну забытую калиновую ягоду, как вдруг увидела нечто невероятное. На тонкой, хрупкой с виду ветке сияло огромное, идеально круглое яблоко. Оно было таким ярко-красным, что казалось — само солнце спустилось в сад и превратилось в плод, чтобы не замёрзнуть.
Лазурка присела рядом и замерла от любопытства.
— Ой, — пискнула она, наклонив голову. — Какое ты огромное! Наверное, в тебе спрятано целое лето?
Осторожно коснулась клювом кожицы и в ту же секунду почувствовала удивительное тепло. Яблоко оказалось волшебным: оно не замерзало даже в лютый мороз и пахло не просто фруктами, а скошенной травой, тёплым дождём и цветами липы.
Лазурка была не просто любопытной, а очень доброй птичкой. Она поняла: одной такое сокровище не одолеть, да и несправедливо прятать солнце в одиночку. Звонко запела, созывая лесных друзей. Вскоре на ветках сидели и воробьи, и пухлые снегири, и суетливые синички.
Тут старый Ворон, который помнил в этом саду ещё прадедушку деда Степана, приземлился на соседнюю ветку и прохрипел:
— Слушай, маленькая Лазурка. Это яблоко появляется здесь раз в сто лет. В нём хранится память о вечном лете.
И правда, яблоко оказалось не простым, а Сердцем Сада. Вместо обычных семечек у него внутри таилась одна-единственная Золотая Косточка. И пока она цела, в саду никогда не пересохнут ручьи и деревья не засохнут даже в самую сильную засуху.
Но Косточка была не из золота, а из чистой радости. Она питалась песнями птиц и добрыми мыслями тех, кто проходил мимо.
Сколько ни клевали птицы рубиновое яблоко — оно не уменьшалось. Напротив, каждый кусочек дарил им силы, а перышки начинали сиять ярче. Сад наполнился гармонией и весёлым щебетом.
Однако ночью мороз решил испытать тайну на прочность. Он сковал ветки льдом и попытался заморозить Сердце Сада. Лазурка, чувствуя, как тепло уходит, не улетела в тёплое гнездо. Она прижалась своей пушистой жёлтой грудкой к холодному боку яблока и тихонько запела самую добрую весеннюю песню, какую только знала.
И свершилось чудо! От её дыхания и крошечного сердечка, бьющегося в такт с Золотой Косточкой, яблоко не просто согрелось — оно расцвело. Прямо посреди зимы на его верхушке распустился маленький белый цветок яблони.
Магия этого яблока раскрывалась лишь тогда, когда кто-то маленький и хрупкий заботился о чём-то большом и важном.
Утром, когда взошло солнце, яблоко исчезло, оставив на ветке лишь капельку росы, которая тут же превратилась в драгоценный камень. Но сад изменился навсегда: птицы запели звонче, а почки на деревьях набухли раньше срока. Золотая Косточка перекочевала в землю, и теперь каждый плод в этом саду стал чуточку волшебным.
Говорят, что Рубиновое Сердце до сих пор можно встретить в том саду. Его находят только те, кто умеет искренне удивляться красоте и готов поделиться своей радостью с другими. А Лазурка с тех пор знает: самое большое сокровище — это не то, что можно съесть, а то, что можно согреть своей песней.

✻

Собрание фотоисторий

Диалоги с Природой: Притчи в объективе 

© Торгачкин Игорь Петрович

Канал в MAX

✻

Добро пожаловать!

Вас приветствует

Автор фотоархива

Торгачкин

Игорь Петрович

© Igor Torgachkin

✻